За облаками сны

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За облаками сны » Город среди туч » Храм смерти


Храм смерти

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

http://s6.uploads.ru/CVD7t.jpg
Расположен на окраине города, забытый и разорённый постоянными штормами. Для чего он возводился и кем (некомантами, до появления башни? старейшими, как знак почести усопшим? или просто чей-то странный дом?) - затерялось в веках. От всех остальных зданий он почти не отличим, но ходят слухи, что храм полон тайников, в которых вполне могли сохраниться какие-то древние артефакты. Внутри почти всё убранство осталось нетронутым. В глубине длинного коридора, по бокам которого возвышаются статуи ангелов с искажёнными от боли и отчаяния лицами, стоит зеркало в оправе из черепов. Многие рисунки и барельефы на стенах перекликаются с таковыми в покинутой общине старейших. А книги в шкафах хранят давно утерянные тайны...

http://s7.uploads.ru/kmHr2.jpg

0

2

---> начало игры

С гулким грохотом захлопнув за собой массивную дверь, девушка прислонилась к ней спиной и замерла, к чему-то прислушиваясь. Но в резко наступившей тишине было слышно только удары её собственного сердца. Или это стучала кровь в висках?
Кажется, за ней никто не шёл. А ведь мог бы... Или он затаился? Кого она вообще ожидала здесь увидеть? Вернее, по ту сторону двери. Странное предчувствие, что за тобой кто-то гонится, тебя кто-то выслеживает, словно жертву. Но ведь она сама хищник, разве нет?
Запах крови. Он мог идти по нему...
Это не паранойя. Лишь перед светлыми темнокрылые ангелы выглядят сплочёнными и даже почти дружными, а здесь же, среди туч, велась такая же нешуточная борьба за выживание, как и под ними - в Туманном лесу, меж диких и опасных зверей. Тварей, правдивей сказать. Хотя внешне город держит марку, а новичков практически не обижают, дабы они надёжнее закрепились на теневой стороне. Но вот те, кто уже освоился... на них могли начать эту травлю, причём со свитой тех же новобранцев, чтобы проверить их умения и закрепить навыки. Когда начнётся облава на неё, Слана ещё не знала. Может, уже?
Как бы то ни было, страх преследовал неотступно, будучи настойчивее всяких врагов. Тишина убивала, высасывая все соки, словно бы девушка и без того не жертвовала тьме ежедневно бездонные лужи и бесконечные ручьи своей крови. Слана сползла на пол, хотя её крылья за спиной так остались прижатыми к двери и теперь странными очертаниями нависли над ангелом.
Нет. Никого нет.
С почерневшего потолка сорвалась пара капель и со звонким стуком упала прямо перед опущенным лицом девушки на пыльный пол.
Вот только почему грозы не слышно? Не нравится мне такое затишье, не...
Будто бы в ответ на её мысли за стеной раздался многоголосый рокот расходящегося во все стороны грома. Эхо уносилось куда-то вдаль, а шум более не думал повторяться, но теперь Слана почувствовала себя увереннее. Словно через силу заставив себя подняться с колен, упёршись ладонями перед собой в грязную сырую крошку обрушившегося свода, крылатая фигура выпрямилась, встряхнула перьями и почти бесшумно зашагала вперёд по коридору, отрешённо ощущая, как мельчайшие осколки врезаются в её босые ступни.
Кровавые следы не только приманка для охотника, но и капкан для жертвы.

0

3

Древний храм давно дышал собственной жизнью. Пропитанные могущественной и забытой, затерявшейся в веках, магией его стены создавали внутри собственный фон, чутко откликающийся на любые мысли всякого, кто заходил внутрь. Полуразрушенное пристанище надёжно оберегало тело и дух всех своих посетителей, не давая их в обиду ровно до тех пор, пока они не начинали вредить ему.
"Гром", что слышала эта девушка, был лишь ответом на её страхи. Кровавая дань её следов была воспринято положительно. И ни стихия, ни кто либо живой и мёртвый, вздумай он ломиться снаружи, не смогли бы дотянуться до этого чернокрылого ангела теперь. Сквозь разбитое окно на башне внутрь задувал сильный ветер, но здесь он сразу же умерял свой пыл и слышался лишь приглушённым дыханием. А капли влаги, заносимой с окрестным дождём, скапливались и редкими слезами падали на пол.
От стены отстранился детский силуэт и обернулся на прошедшую мимо Слану. Она не могла не заметить его - о том говорили её едва замедлившиеся шаги, хоть она и глядела только перед собой. Каменная статуя, ранее прижимавшаяся к опоре в поисках несуществующей поддержки, выпрямилась за спиной посетительницы, расправила маленькие крылышки и вышла в центр коридора.
- Ты что-то ищешь? - раздался многоголосый чистый звон отовсюду, когда малыш открыл рот.
Храм ведал, что у смертных на уме, чувствовал любые их намерения и душевные порывы, но непосредственные думы этого человека были так путанны и с трудом различимы, что строению был необходим вербальный контакт.
[NIC]Дух храма[/NIC]
[STA]НПС[/STA]
[AVA]http://s2.uploads.ru/ER2WU.jpg[/AVA]
[SGN]Нет вечности, и мира тоже нет,
И не на что менять остаток скверных лет.
Есть только мрамор и остывший пепел.
Прикрой его, листва: он слишком светел.

                                        Илья Эренбург[/SGN]

0

4

Ещё несколько цепенеющих шагов, отражённых едва слышимым эхом, и всё затихло. Девушка не повернула головы. Она остановилась перед зеркалом и теперь задумчиво изучала свой темнеющий силуэт под слоем пыли. Тонкие пальцы скрипачки потянулись к стеклянной поверхности, стирая ровный серый слой четырьмя длинными полосами. С отражающей пустоты на неё взглянули почти чёрные глаза, в которых до сих пор метались огоньки ужаса и поражения.
Проиграла? Но кому? Себе.
Не вопрос, утверждение. Дыхание сбилось и, словно откликаясь на него, с недосягаемых потолочных сводов обвалилась каменная крошка, покрывая волосы Сланы почти естественной сединой.
Ребёнок. Кто он?
Зеркало не давало ответа: всё пространство за ангелом занимали большие чёрные крылья. Девушка медленно и плавно подняла их, зацепив концами жёстких маховых перьев осыпающиеся стены коридора. За спиной на некотором отдалении стоял каменный мальчик с ничего не выражающим искусно слепленным ликом.
- Здравствуй, - осторожно поприветствовала она малыша, глядя на его отражение, и неспешно опустила руку, оставляя прозрачный след на стекле.
- Ищу? Пожалуй. То же, что и все. Также, как и все. Ответов...
Слана вздохнула, умеряя дыхание, и развернулась к ожившей статуе лицом. Захотелось снова присесть, но собственные ноги словно окаменели, приросли к полу, становясь с храмом единым целом посредством кровавой связи.
- Это пристанище, - тихим голосом начала она, осматривая искалеченное временем убранство, - а честь кого оно воздвигалось или было названо - я хочу узнать о ней больше. Да, о смерти. С недавних пор я уверилась: у неё были чёрные крылья.
Впервые высказав вслух свою безумную идею, Слана с внутренним трепетом и затаённым вдохом взглянула на мальчика, только сейчас отметив, что перья, сотворённые из камня, имеют светлый цвет.

0

5

- Смерти? - удивился ребёнок, поднимая глаза на стоящую перед ним девушку. - А что, если её нет? Крылья есть, а хозяйки нет... - добавил он, и по его непроницаемому лицу невозможно было узнать, говорит он всерьёз, аллегорией или смеётся над посетительницей. Да даже с настоящими детьми не всегда поймёшь, врут они или истину глаголят, поскольку дитя может поверить в свою выдумку так, что для него она и станет самой настоящей правдой. А здесь же стояла всего лишь статуя. Малыш отвернулся, окидывая безжизненным взглядом стены, к которым были прикованы его мраморные собратья.
- Посмотри на них, взгляни на нас. Наши крылья белые, наши тела скованы цепями и прибиты гвоздями, мы не в силах пошевелиться, - говорил он, но чудилось, будто звук исходит от всего в храме, - а мы всё ещё живы. Стоим тут столетиями, не видим света.
Он сделал несколько шуршащих шагов вперёд по пыли и камням и поднял крохотные ручки, словно повторяя ими воздетые к потолку огромные для него крылья Сланы.
- Но мы не узники. Что видишь ты?
Мальчик вздохнул - его грудь приподнялась подобно живой, в которой могло биться настоящее сердце, и вдруг улыбнулся уголками потрескавшихся губ, тепло и искренне, как способны улыбаться только дети.
- У заключённого отбирают в первую очередь его веру... Без веры нет добрых чувств.
Его руки стали медленно опускаться, но одна их них остановилась на середине пути, потянулась вперёд, и статуя кончиками пальцев дотронулась до тыльной стороны ладони живого ангела.
- Я расскажу тебе то, что ты хочешь узнать. Но сперва помоги мне. Ведь твоя душа не всегда была чёрной...
[audio]http://prostopleer.com/tracks/10358310ajFA[/audio]
[NIC]Дух храма[/NIC]
[STA]НПС[/STA]
[AVA]http://s2.uploads.ru/ER2WU.jpg[/AVA]
[SGN]Нет вечности, и мира тоже нет,
И не на что менять остаток скверных лет.
Есть только мрамор и остывший пепел.
Прикрой его, листва: он слишком светел.

                                        Илья Эренбург[/SGN]

0

6

Сказать, что она неуютно себя чувствовала посреди оживших изваяний, теперь ещё после жеста мальчика развернувших к ней свои бледные лица и уставившихся жуткими немигающими глазами, - ничего не сказать, но потерянная и заблудшая настолько, что уже не находила в себе сил поражаться и противостоять чему-либо, Слана лишь безмолвно взирала на статуи в ответ. А ребёнок всё говорил, и его слова отражались непониманием в убеждённой душе девушки.
"Нет смерти? А видел ли ты, что творится за стенами храма? Для этого даже не придётся ходить на территорию светлых. Тёмные прекрасно изничтожают себя и без их помощи..." - накипевшее отчаяние и неизвестность относительно собственной судьбы изливались бурным потоком размышлений.
"А крылья без тела - что за нелепица? И как вы можете быть живы, если ваши сердца не бьются, а в жилах не течёт кровь?" - девушка отчуждённо опустила глаза, чтобы посмотреть на свои бордовые отпечатки на полу.
И, наконец, самый странный вопрос, волновавший ангела, значился, как "Почему в храме темнокрылых стоят изваяния наших противников?" Пускай, поверженных и лишённых, если не воли, то свободы точно... Тёмные берут пленных лишь для того, чтобы сделать из них таких же, как они сами. Значит ли это, что все ангелы древнего здания в своё время просто не подчинились и не пожелали сменить сторону? Могли ли они быть некогда живыми, подвергшимися ужасному заклинанию в отместку за верность своим идеалам? В таком аспекте казалось вполне закономерным, что храм забросили, и сами темнокрылые почти никогда не появляются здесь... Вот только причём тогда тут смерть?
Чтобы разобраться во всём, предстояло немало выспросить у мальчика. А ответит ли он? И будет ли честен и прям? Сомнительно. Однако иного способа узнать желаемое у Сланы не было, и приходилось принять только такой вариант.
Он прикоснулся к ней, и девушку окутал холод, но его открытая улыбка поселила в душе сомнения. Только сомнения эти были совсем иного рода, нежели размышления белокрылого создания об истинности всего земного и двойственности нашего существования, которые неизменно приводят их всех в город Грозовых Туч.
Вот и дитя, будто бы прочтя её сбивчивые мысли, напомнило о прошлом. С одной стороны каждый тёмный когда-то обладал перьями цвета чистейшего снега, искренне поверив в свою мечту и вознамерившись прийти прямым путём к её осуществлению. Однако верная дорога находилась далеко не всегда, и раз за разом они сворачивали, терялись и начинали блуждать в потёмках... Прямо как Слана теперь. Но кое-что её отличало от всех заблудших, что были до неё и будут после: девушка пришла на эту сторону, будучи явным поборником добра и света, обладая серебряными крыльями. Она сама пожелала их лишиться, скорее всего навсегда, и до сих пор не жалела. И этот мальчик... он не убедит её в обратном. Но выслушать его придётся, ведь самый главный вопрос, за ответом на который она летела сюда и который пока не решилась озвучить: "А не ошиблась ли я?"
Коротко кивнув своему собеседнику, она не стала ничего говорить или спрашивать, не решилась протестовать или обсуждать условия их сделки. "Будь что будет, и я всё узнаю. Когда придёт время".

0

7

- Вот и хорошо! - малыш широко улыбнулся от уха до уха своей молчаливой собеседнице и звонко захлопал в ладошки, заставляя храм гулко заклокотать полудрёманным эхом в ответ на перестукивание камней. На вид мальчику было лет пять, и вёл он себя соответствующе, хотя застывшие черты лица по-прежнему искажали и почти скрывали любую его эмоцию. - Тогда пойдём.
Статуя ребёнка резко развернулась на пятках и направилась в противоположный конец коридора, где практически у самого выхода располагались два боковых ответвления-прохода, скрытых менее массивными, но такими же древними резными дверями.
- Сюда, - звонко прошептал мальчик, отодвигая крошечной ладонью правую дверь и оглядываясь на идущую за ним Слану. В следующий миг он бесшумно скрылся в поглотившей его тьме, лишь мелькнув напоследок маленькими крылышками за спиной.

В этом коридоре поменьше сразу же с порога начиналась крутая лестница вниз, ведущая в подвалы здания, что располагались прямо в толще грозовых облаков. Ожившее изваяние уверенно зашагало в окутавшую их темноту по высоким ступенькам, порой перепрыгивая по нескольку за раз и балансируя себе в помощь руками. Когда путники достигли самого низа, старинное здание, наконец, предоставило своим гостям свет, впустив сквозь невидимые щели мистические голубоватые лучи, больше всего напоминавшие по цвету молнии, только статичные, не сверкающие и не гаснущие. В таком призрачном освещении можно было разглядеть низкие каменные своды, цепи повсюду и множество полуобрушенных арок, идущих вдоль стен и всего этажа.
Обернувшись к Слане с всё тем же непроницаемым выражением, монолитный ангел снова улыбнулся и поманил её за собой, смело направившись вперёд.
- Он уже ждёт нас, - неопределённо пробормотал малыш с плохо скрываемым предвкушением в голосе, более не сводя глаз с некой точки в глубине перехода.
http://s7.uploads.ru/vLrEo.jpg
[NIC]Дух храма[/NIC]
[STA]НПС[/STA]
[AVA]http://s2.uploads.ru/ER2WU.jpg[/AVA]
[SGN]Нет вечности, и мира тоже нет,
И не на что менять остаток скверных лет.
Есть только мрамор и остывший пепел.
Прикрой его, листва: он слишком светел.

                                        Илья Эренбург[/SGN]

0

8

Весёлая беззаботность малыша совершенно не сочеталась с мрачной атмосферой внутри храма, его тяжёлым, пропитанным пылью, воздухом, тусклым светом, зловеще мерцающим от беснующихся за окнами молний где-то вдалеке, прикованными и прибитыми к полуразрушенным стенам статуями с искажёнными от боли и страданий лицами. Что-то в этом ребёнке было противоестественным, но в то же время ясно представляющимся частью древнего, простоявшего веками здания. Лишь покачав головой, когда мальчик отвернулся от неё, Слана послушно двинулась за ним, пристально всматриваясь в каждую застывшую пару глаз по бокам прохода, вдоль которого они неспешно шествовали. Ступни уже перестали болеть и даже, кажется, так отчаянно саднить. Всё вокруг замерло в каком-то осязаемом ожидании, когда девушка явно "клюнула на крючок", согласившись исполнить просьбу мальца. Не доносились звуки падающих капель или осыпающегося с верхних этажей песка. Не шевелились больше другие изваяния. Тягучее нетерпение окутало ангела с головой, вынуждая с усилием делать каждый следующий шаг. А мальчик всё вёл вперёд, и девушка уже с трудом могла видеть его перед собой, пока он окончательно не скрылся из виду.
Запоздало поморгав и даже протерев для верности глаза, Слана сообразила, что стоит перед разверзшим свою широкую длинную пасть проходом в... никуда. Из пустоты тоже не доносилось ни звука, но дитя определённо исчезло где-то там. Ощутив внутреннее волнение за пропавшего ребёнка, девушка поспешно шагнула внутрь и чуть не полетела кубарем, едва успев раскрыть мощные крылья за спиной, которые застряли в проходе, не дав ей провалиться и улететь вниз с неожиданно начавшейся крутой лестницы.
Устало застонав, Слана сползла на первую ступеньку и присела, подобрав к себе все конечности, будто бы пыталась сжаться в единый клубок. Теперь необъяснимый страх перед неизвестностью снедал её.
- Эй... малыш... - нерешительным шёпотом позвала девушка, не зная, как обращаться к изваянию. Угрюмая тишина стала ей ответом.
"А слышит ли он?" - гостья храма ещё не ведала, что магическому сооружению доступны все её действия и слова. Никто не откликался, и заблудшая душа, наконец, подорвалась отправиться на поиски младенца, вынуждая подняться с ледяного пола тщедушное тело.
Вот тонкие босые ноги прошли бесконечное число ступеней, а бледные ладони прочертили по стенам невидимые линии, оставляя за ангелом дорожки из осыпавшихся каменных осколков.
Перед ней был диковинно освещённый узкий подвал, а посреди него стоял её маленький знакомый. Вняв его трепету в голосе, Слана в очередной раз кивнула и пошла за ним по следам, больше не чувствуя терзающих её ступни острых краёв. Пол был на удивление ровным, воцарившееся безмолвие разгоняли тихо звенящие на сквозняке цепи, и в целом здесь ощущалось больше уверенности и уюта, если такое определение применимо к изъеденному временем и стихиями храму.

0

9

В безмолвной тишине, скрашиваемой мелодичным приглушённым звоном металла и едва слышимым шёпотом их шагов, путники проследовали в дальний конец коридора, где по мере приближения можно было разглядеть маленькую статую - по пояс шедшему впереди мальчику, единственную встреченную ими на этом ярусе. Возможно, где-то в тёмных ответвлениях таились иные "существа", но отсюда везде, куда доставал взгляд, виднелись лишь безлюдные пустые пространства. И только крошечная фигурка на постаменте...
- Это мой брат, - вдруг заговорил ребёнок постарше, указывая на недвижимое изваяние. По его тону и лицу невозможно было понять, какие эмоции он испытывает. Он также не уточнил степени родства: был ли то родной младший братик, подвергнувшийся тому же "проклятию", что и все в этом храме, или всего лишь такое же воплощение души здания.
Совсем малыш, на вид годиков двух-трёх от роду, стоял на коленях, сложив перед собой ручки в бессловесной молитве и блаженно прикрыв глаза. На его лице удивительно хорошо читалось умиротворённое спокойствие. Сама статуя была полускрыта сползшимися в дальний закуток множественными тенями, но общий вид этого крохи был вполне сносно различим, чтобы почувствовать его вековое терпение, с которым он словно просил о чём-то...
- Он не оживает, как остальные. Как мы все, - продолжал его "старший брат". - Но он очень важен мне, и я хочу, чтобы он был рядом, когда, - ребёнок, приведший сюда Слану, не договорил, и впервые на его каменном лике отразились такие человеческие эмоции: смятение и искренне детское желание помочь. Мальчик бессильно взглянул на свою спутницу, но довольно быстро взял в себя руки, сделав черты вновь непроницаемыми, даром, что выточены они были с выражением извечной скорби.
- Ты маг крови, - вместо объяснений юный проводник обратился прямо к девушке с почти ощутимым требованием в глазах, а после перешёл на шёпот: - Попробуй что-нибудь сделать. Я знаю, тебе это по силам.
http://s2.uploads.ru/FTu9p.jpg
[NIC]Дух храма[/NIC]
[STA]НПС[/STA]
[AVA]http://s2.uploads.ru/ER2WU.jpg[/AVA]
[SGN]Нет вечности, и мира тоже нет,
И не на что менять остаток скверных лет.
Есть только мрамор и остывший пепел.
Прикрой его, листва: он слишком светел.

                                        Илья Эренбург[/SGN]

0

10

----> Начало игры
Медленно шагая по городу, Габриэль пытался найти что то интересное. Матая головой в разные стороны, парнишка осматривал каждый проулок, каждую тропинку и дом, которые попадались ему на пути. Что же желал найти юный ангел? спросите вы. Ответ прост, Гэбби устал от постоянного однообразия небесного мира. Согласен, странно слышать это от некогда бывшего человека, который попал сюда просто уснув. "Глупо, но всё лучше чем париться у своих родственников в дали от дома" думал Риэль. Хотя, тут у него тоже нет родных, зато есть полная свобода, иди куда глаза глядят, хотя, вернее будет сказать "лети". Тем не менее, даже в мире грёз этот шалапай умудрился испоганить своё положение. Вечная доброта, вечное милосердие, слишком сложно измениться за столь короткий срок, прожив всю предыдущую жизнь в жестоком мире. В самом начале Габриэль и представить не мог, что его крылья почернеют. Не то что бы его волновало мнение других ангелов, нет, ему скорее было обидно за них, ведь они не понимают истины. Пусть всем кажется, что этот мир рай по сравнению с землёй, но это далеко не Дисней Ленд. Как говориться, в тихом омуте черти водятся.
Погодка на дворе стояла мягко говоря " не ахти". Хотя, чего ещё стоит ожидать от города находящегося среди туч. Но глаза Гейба уже привыкли к постоянному мраку, по этому столь нагнетающая атмосфера не чуть его не пугала, скорее на оборот, вызывала интерес. Каждое здание, мимо которого проходил паренёк, напоминало древний храм, в котором таилось множество загадок и тайн. Но не смотря на все эти "красоты", взгляд Риэля привлёк огромный храм. Оказавшись на самой окраине города парень удивился, почему столь великое строение находится не в центре всеобщего обозрения, а на самом краю. Тихо ступая по засыпанным пылью ступенькам, Гэбби добрался до двери не пару раз постучал. Подождав несколько секунд, темнокрылый вновь постучал, но уже более отчётливо и убедительно. Несмотря на настойчивость паренька, двери оставались запертыми, а открывать их видимо было некому. Решив что храм пустует, Грабриэль плавно отварил двери, которые на его удивление оказались открытыми. Весьма пугающе, подумали вы. Забраться в тёмный храм в одиночку, полное безумство. Чем руководствовался Гейб? Благодаря его навыкам, он в любом момент способен выбраться на ружу, не затратив при этом огромного количества силы. Достав из заднего кармана небольшой кинжал, парнишка нагнулся и вонзил его между плиток. Если присмотреться, на лезвии был изображён знак в виде небольшого креста. Что он означал? Это мог знать только тот, кто его оставил.
Проскользнув сквозь небольшой дверной проход, парень оказался внутри здания. Постояв пару секунд на месте, юноша дал глазам привыкнуть к царившему в помещении мраку. Перед его очами открылся огромный холл, длинна которого составляла не менее пятидесяти метров. Вся комната была украшена различными настенными узорами и огромными статуями ангелов. лица которых были страшно искажены. По бокам помещения стояли внушительных размеров комоды, на полках которых пылились уймы старинных книг. -Забытое место- почти шёпотом произнёс Габриэль. В ту же секунду ему в ответ раздалось такое же тихое как и его голос эхо. Убедившись что ему никто не ответил, парень более спокойно начал бродить по холлу, рассматривая каждую деталь, которая находилась внутри здания.
Прошло около получаса, с тех пор как парнишка оказался внутри. Гейб пытался изучить каждую деталь огромного помещения, каждую статую, каждую книгу, каждый узор на стене. Наконец, парень добрался до огромного зеркала, края которого были украшены различными черепами и ужасными лицами. Прикоснувшись рукой к зеркалу, темнокрылый оставил на стекле тот же знак, что и на лезвие кинжала.
------> Ангельский пик

Отредактировано Габриэль (18.03.2016 19:04:08)

+1

11

Оживить камень... Так вот чего от неё добивался храм! И этот неживой мальчик. Кусочки мозаики выстраивались воедино: одни статуи движутся, другие говорят, но сидевший перед ней малыш с маской, нет, настоящим ликом, исполненным умиротворения, просто застывшим на века, воплощал собой нечто иное. Это не древняя магия или ожившие сущности, предметы... Он жив - был жив когда-то, и его совсем юная душа заключена в камне. Кто или что сотворило эту чудовищную связь? Мёртвые должны уходить, двигаться далее на своём пути к бессмертию. Слана - некогда среброкрылый ангел - помнила это особенно отчётливо. Бесконечные перерождения и искупления, кои проповедовали в школе Огненного Пера, становились залогом физического воплощения и самой сутью существующей вне времени души.
Заточив же её в статую, неизвестные силы нарушили сей цикл, совершили грубейшую ошибку. Поможет ли здесь её кровь? Девушка сомневалась, но попробовать стоило. Она нарочито медленным движением вытащила из тканевого пояса кинжал, всё оттягивая момент истины. На говорящего "брата" крохотного изваяния она не глядела. Вот лезвие, отбросив короткие, словно вспышка молнии, блики от синего света подвала, полоснуло по раскрытой ладони. Можно было, конечно, обойтись и торчащими повсюду острыми осколками развалин, но кожа на руках от нескончаемых шрамов стала так груба, что узкий заточенный клинок казался единственным надёжным методом. Первые капли крови выступили на почти белой кожи, и Слана осторожно поднесла раскрытую ладонь к безмолвному мрамору. Её длань хоть и была совсем небольшой, легко обхватила сложенные вместе ручки младенца, оставив на них бордовый след.
В ту же секунду малыш открыл глаза, слишком человеческие, слишком живые... Их пронзительный бирюзовый цвет заставил темнокрылого ангела покачнуться, но рук она не разомкнула. Статуя же оставалась недвижимой, но вдруг во всём храме зазвучал невероятно чистый детский голос, доносясь до каждого своего посетителя: одновременно повсюду, отталкиваясь от высоких стен, исходя из переполненных болью лиц изваяний, заставляя трепетать мелкие камушки на полу, и в то же время словно бы только в их головах - живых ангелов, забредших сюда в сей странный час.

Моя душа не здесь,
Ищи за облаками.
И ветер сквозь снега
Уносит мою боль.
Им двигала лишь месть,
А ею - страсти пламя.
Застыли на века,
Утратив свою кровь.

Как только последняя звонкая нота стихла, храм задрожал, будто дикий зверь, объятый невыносимой яростью. С потолка начали падать крупные куски камня, сыплющийся сверху песок застилал глаза. Слана испуганно оторвала пальцы от бездушного младенца и заметила проявившийся на запястье подобно браслету бирюзовый символ очень тонких и мудрёных очертаний. Он тускло светился, но времени разглядывать его не было. Девушка развернулась и принялась в отчаянии выискивать своего проводника, однако его уже и след простыл. Нужно было выбираться, не то доисторического сооружение того и гляди рухнет. На ощупь ангел добрался до лестницы, ведущей наверх - в узкий и длинный коридор первого этажа. Как же хотелось взлететь! Но, увы, стены были слишком близко, чтобы позволить взрослому человеку полностью расправить крылья. Не разбирая дороги, она взбежала на этаж и кинулась было к двери, как путь ей преградила огромная упавшая сверху глыба. Девушка инстинктивно успела отшатнуться в другую сторону и заметила в противоположном конце прохода чью-то незнакомую фигуру. Кто-то ещё был здесь. Страх быть погребённой заживо пересилил ужас перед незнакомцем, тем более из "своих", и Слана побежала к нему. Кем бы он ни был, им обоим следовало уносить отсюда ноги. Вот только куда, когда все выходы отрезаны? Быть может, за большим зеркалом есть окно?
В отчаянии девушка толкнула парня вперёд, так как в обрушающемся храме уже не было возможности разойтись, и они налетели прямо на стеклянную отражающую поверхность. Последнее, что успела запомнить Слана, что юноша перед их столкновением прикасался к зеркалу, и на его руке проявился точно такой же символ. А дальше поток бурного вращения и самого настоящего перекидывания сквозь пространство закружил и унёс двоих темнокрылых в неизвестность.

метка на руке

http://s2.uploads.ru/Wa2Uo.png

---> Ангельский пик

+1


Вы здесь » За облаками сны » Город среди туч » Храм смерти